Светлана Внукова
Про людей. Субъективно, подробно, в деталях, частностях, монологах, диалогах и от третьего лица

Августейший роман

Гетти Эйли она же Фанни Лир

Великий князь Николай Константинович

Фанни Лир и Великий князь Николай Константинович

«Без тебя жизнь моя подобна бездушной машине, которой нет смысла действовать. Ты — единственная ценность в этом ложном мире»

Самара в недоумении

XIX век. 80-е. Самарский театр обветшал, театр снесли. Но идут спектакли Самарского общества любителей музыкального и драматического искусства. Основатель общества — Николай Константинович Романов. Великий князь, сосланный в Самару собственным дядей, императором Александром II.

Город эта ссылка сначала изумит. Потом пойдут версии. Одни будут говорить о династийных интригах. Другие, что князь — политический ссыльный. Пошел, де, дальше отца — антикрепостника и начал революционеров финансировать. Третьи тоже говорили об отцовском влиянии, но иного рода. «Ищите женщину, — говорили третьи. — Отец любовницу жене предпочел. Сын же мало того, что закрутил амуры с танцоркой, так еще и выкрал для нее алмазы из семейной иконы».

Он

Великий князь Николай Константинович был первенцем в семье Великого князя Константина Николаевича; наследовал Мраморный и Павловский дворцы, имение Стрельна, а при определенных обстоятельствах мог и корону надеть. Но ему не хватало тепла. Ни мать, убитая охлаждением мужа, ни отец, поглощенный государственными делами и новой любовью, тепла не давали. И он, как это бывает у переживших в детстве крушенье семьи, то пускался в пучину неблаговидного, то каждым поступком своим доказывал, что как никто достоин нежности и любви.

Окончил Академию Генерального штаба с медалью. Науку «грыз» с таким рвением, что посадил зрение и обзавелся на всю жизнь головными болями. До конца жизни не покидали его и страсти. К коллекционированию (живопись, скульптура, книги, антиквариат) и женщинам. Но все петербургские красавицы померкли, когда двадцатидвухлетний командир эскадрона лейбгвардии Конного полка увидал американку Фанни Лир.

Она

«Она была, — утверждают, — молода и ослепительно хороша. Белокурые локоны, полные мягкие губы, соблазнительные круглые формы. Она вся была — сплошной соблазн. Мужчины, видя ее, думали об одном».

Ровесница князю, но называла его «мой любимый мальчик», ругала за кутежи и карты, а могла и пощечину закатить. Ревновала его жутко. И... изменяла ему. Он мог устроить ей скандал из-за пяти рублей. И тут же осыпать драгоценностями. Мог переспать с «грязной цыганкой», а потом чуть ли не привязать себя к «женушке Фанни Лир», уверяя, что и получаса без нее не может.

Вообще-то она — Гетти Эйли. Воспитывалась в скудости: папа — пресвитерианский священник. Но от папы сбежала. С парнем по фамилии Блэкфорд, который крепко пил и скоро умер. Появился другой. Но в жены не взял. Потом еще были парни. А потом под именем Фанни Лир она перебралась в Европу, где не только пела в кабачках, но и «делала бульвары» — искала кавалеров, могущих оплатить ласки.

«Если бы женщины, — писала в мемуарах, — были свободнее, было бы мало таких, как я; но жизнь моя — не преступление. Я предпочла свободу тюрьме в сетях добродетели и приличия. За это свет меня осуждает и презирает, а я борюсь с ним и... пренебрегаю его мнением».

Нет, она была не дурочка. Много читала. И кавалеров у нее и в Европе было много. Но, потеряв в ходе Франко-прусской войны 1870 года возможность содержать себя за счет парижан, приняла приглашение русского (занимал, как пишут, высокое положение в жандармском управлении) ехать в Россию.

В кавалерах и тут недостатка не будет. Но Николай Романов затмит всех.

Бриллианты Российской империи

Они познакомятся на маскараде. А через три года после первого поцелуя разразится скандал. Из оклада семейной иконы исчезнут бриллианты. Найдутся в ломбарде. И сдавший найдется. Адъютант Великого князя Варнаховский. Но покажет на патрона. Мол, Его Высочество приказали камни в ломбард снести. Великий князь на Библии поклянется в непричастности. А после скажет отцу, что возьмет вину на себя, потому как Варнаховский ему не только адъютант, но и товарищ.

Подключат жандармов. Те доложат: Высочество выкрали. Ради любовницы. Меж тем, во время обыска у Высочества обнаружится сумма, втрое превышавшая вырученную в ломбарде. Но версия жандармов августейшее семейство почему-то устроит. Не сразу решат, как поступить с преступником. Чтоб и наказан был. И репутация трона не пострадала. Поразмыслив, народу объявят, что Великий князь тронулся умом, и лечат. А на самом деле сошлют в провинцию, лишив великокняжеских прав, армейских чинов и наград.

Выслали тогда и Фанни Лир. За пределы России. Но и она успела побывать в нашем городе.

Встреча в отеле

Роман только начинался, но уже был настолько бурным, что августейшие родственники Николая решили любовников разлучить. Россия пыталась подчинить Хивинское ханство, препятствовавшее расширению торговли со Средней Азией. В военную экспедицию Великого князя и откомандировали. Николай Константинович демонстрировал в походе образцы мужества, но разлука лишь укрепила его в любви.

«Ты для меня единственная ценность в этом ложном мире», — писал он, изнывая от тоски. А сразу же после взятия Хив приказал Фанни двигаться ему навстречу. В Самаре они и встретились. Но сначала ей передали очередное письмо от него.

«Самара, 6 июля 1873 г. Наконец, после пятимесячной разлуки, я увижу тебя. Не верю своему счастью, но у меня в руках твои письма, убеждающие, что это не грезы. Мне казалось, что я похоронен и все кончено, и вот я возвращаюсь к жизни... Ты была права: я стал более человеком, а ты, конечно, более женщиной, чем прежде. Если даже хивинская экспедиция не разлучила нас, все другие средства будут бессильны... Еще несколько минут, и я раздавлю тебя в моих объятиях».

Она опишет это свидание в мемуарах.

«Я взяла карету и поехала в указанный отель. Оставшись в комнате одна, в неописуемом волнении бегала из угла в угол, поправляла прическу и стягивала на себе кушак (он любил тонкие талии). Сердце стучало молотом; хотелось и плакать, и смеяться. Бешеное «ура» раздалось на улице. Подбежав к окну, я увидела любимого, шедшего большими шагами в окружении толпы людей, целовавших ему руки и даже ноги. Слышала, как вошел в отель и в соседнем номере вышел на балкон, чтобы сказать оттуда народу несколько слов. Наконец, освободился и тихонько постучал в мою дверь. Вместо того чтобы броситься в его объятия, я, не знаю почему, скрылась за драпировкой. Он отыскал меня, взял за руки и впился жадными глазами, в которых стояли слезы.

Он очень загорел и похудел, но был совершенно здоров. Я долго не могла сказать ни слова; волнение счастья захватывало дух. Но свидание наше было кратко: он должен был отправиться на обед, данный представителями города, а после на смотр пожарных».

В разлуке

Их встреча в Самаре — это 1873-й. Через год его вышлют из Петербурга и будут мотать по России: Владимирская губерния, Умань, Тиврово, Оренбург, Самара...

В Самаре необыкновенный ссыльный станет держаться, по свидетельствам внештатника «Самарской Газеты» Смирнова, скромно и просто. Часто будут видеть его высокую фигуру англосаксонского типа на улицах. Летом — в тужурке и двухкозырной каске индийского офицера. Зимой — на катке в Александровском саду, катающимся среди гимназистов в архалухе из верблюжьего сукна.

«Может, — сделает предположение Смирнов, — за такое не приличествующее происхождению поведение князя и сошлют по распоряжению монарха еще дальше».

Дальше — Ташкент. И это уже 1881-й. На престоле — двоюродный брат. Но и Александр III не позволит августейшему ссыльному вернуться в столицу. Умрет Великий князь в 1918-м, успев, как пишут, сделать для Средней Азии столько, сколько не сделала вся царская администрация. Откроет в себе бизнесмена, и его базар, фотографические лавки, квасные будки, бильярдные залы, магазины, мельницы, «ледодельны», ткацкая фабрика, рисовый, мыловаренный и хлопкоперерабатывающие заводы будут давать до полутора миллионов в год. И на эти деньги он осуществит тысячекилометровую экспедицию исключительной ценности. Откроет в Ташкенте зверинец, кинотеатры, проложит три канала, оросив 40 тысяч десятин земли. И, решив, что империя должна иметь тут опору в лице сограждан, заложит на этих землях 119 поселков для казаков и крестьян. Не изменит Великий князь и своим пристрастиям. Из собранной уже в ссылке коллекции Советы сделают два республиканских культпросветучреждения — библиотеку и музей с самой богатой в Средней Азии коллекцией картин европейской живописи. Будут в его ссыльной жизни и женщины. В истории останутся четыре. Александра Демидова, Надежда Дрейер, Дарья Часовитина и Варвара Хмельницкая. Детей будет семеро. Старший, Артемий, родится в Самаре. 19 [31] декабря 1878 года. Родится у Дрейер, дочери оренбургского полицмейстера, на которой Великий князь женится. Августейшие родственники сначала будут негодовать. Потом смилостивятся и высочайше жалуют «продукт мезальянса» фамилией Искандер и дворянством. Погибнет Артемий Искандер в 1919-м. То ли от пули красногвардейцев, то ли от тифа. За год до этого умрет и отец его. По одной версии, от рук большевиков. По другой, наиболее вероятной, от воспаления легких. Среди бумаг усопшего обнаружат петербургскую газетку 1886 года с коротеньким сообщением: «Мая 7-го сего года скончалась госпожа Фанни Лир, настоящее имя — Гетти Блэкфорд. Умерла она в нищете и забвении».

Добавим, что эта смерть случится в Ницце, и случится по причине чахотки.

Самарская газета